Зазеркалье украинской торговли

r_woodВ экспорте товаров “Made in Ukraine” доминирует сырье и полуфабрикаты, а общее сокращение объемов поставок за рубеж в последние несколько лет только усугубило ситуацию

Четверть века Украина упорно и планомерно шла к сырьевой модели экономики, теряя по дороге нажитый непосильным трудом промышленный потенциал. И теперь, чтобы устоять даже на довольно низких позициях поставщика сырья, страна вынуждена бежать изо всех сил. О сверхскоростях, необходимых для технологического рывка и освоения переработки собственной сырьевой базы, говорить еще очень рано. Но шанс все-таки есть.

Страна чудес

По данным Госстата, за 2013- 2016 гг. экспорт украинских товаров сократился почти на $27 млрд, что составляет около 30% прошлогоднего ВВП Украины. В 2016 г. экспорт побил очередной антирекорд и снизился до $36,4 млрд, что на 5% ниже показателей 2015 г. и почти вдвое ниже показателей “довоенного” 2012 г. ($68,8 млрд).

При этом и экспортная корзина Украины стала более примитивной: увеличилась доля товаров с низкой добавленной стоимостью и необработанного сырья, на которые в обшей структуре зарубежных поставок приходится 84%.

Более того, на фоне общего сокращения экспорта продукции перерабатывающей промышленности увеличиваются объемы доля экспорта товаров — источников высокой природной ренты (зерно, железная руда и стальные полуфабрикаты). “Доля указанного сырья за последние 15 лет почти удвоилась и к 2016 г. достигла более 28% в структуре экспорта”, — подсчитал Тарас Ткаченко, начальник отдела проектных исследований и разработок ГП «Укрпромвнешэкспертиза».

Технологическая примитвизация производства в стране выражается в низкой доле перерабатываюшей промышленности, которая составляет лишь 12% ВВП, тогда как в Турци и Польше — 18%, в Словакии – 21%, а в Южной Корее — 30.

Казалось бы, спасение в отечественном IТ-секторе, который за 15 лет вырос с нуля, и теперь его вклад в ВВП составляет почти 5%. Но даже здесь превалирует сырьевой низкомаржинальный аутсорсинг, который довольно редко генерирует конечный продукт. Как правило, он “вмонтирован” в другие цепочки добавленной стоимости. Как утверждают эксперты, переход от аутсорсинга к конечному продукту — процесс сложный. Особенно в Украине, где нет полноценного патентного права, защиты интеллектуальной собственности, производства конечных продуктов и инновационного цикла.

Форс-мажоры

Основная сложность, с которой столкнулась отечественная сырьевая экономика, — это затяжной цикл падения мировых цен на сырье, что привело к сокращению валютной выручки и, соответственно, девальвации гривни. “Сырьевая экономика обречена на перманентный кризис”, — отметил Владимир Панченко, эксперт в отрасли промышленности и экономической политики, директор А1ех Ро1 Institutе, объясняя ситуацию на примере зерна. С1960 г. производство зерна в стране возросло втрое, но его цена соответственно не увеличилась. Она как составляла в 1960-е годы около $250 за 1 т, так и сейчас колеблется на этом уровне (в редких случаях повышалась до $400, но и снижалась до $160 за 1 т). В то же время продукция машиностроения: например, автомобиль Ford в 1960 г. стоил $2 тыс., а сейчас его уже $20 тыс. То есть в 1960-е годы для покупки одного автомобиля Ford нужно было продать 8 т зерна, а теперь — 80 т.

“В сегменте продуктов с высокой добавленной стоимостью происходит пусть и инфляционный, но параллельный во всех секторах рост. Что касается зерновой продукции, то этого роста нет”, — пояснил г-н Панченко. При этом он предположил: если через 30 лет стоимость зерна будет на уровне $500 за 1 т, то автомобиль к этому времени подорожает до $100 тыс.

Если мы посмотрим на достижения Украины, то заметим, что, несмотря на рекордные урожаи, рост экспорта зерна и вхождение во всевозможные рейтинги крупнейших зерновых экспортеров, все они нивелируются падением цен. И для многих агрохолдингов, ориентированных на производство зерна, — это большая проблема. “Животноводство или выращивание фруктов и их переработка дают гораздо большие прибыли”, — сказал г-н Панченко и отметил, что с аналогичной проблемой столкнулись и отечественные металлурги, когда цена на сталь и железную руду резко снизилась, а прибыли часто балансировали на уровне нуля.

top_8

Вторым влиятельным антитрендом, изрядно подкосившим экспорт украинской готовой продукции, стала военная агрессия РФ, поскольку на рынок этой страны в значительной степени были ориентированы предприятия отраслей — локомотивов отечественной экономики. “Сказалось и отсутствие проактивной государственной политики в виде госзаказов, системной поддержки экспорта, предоставления доступного кредитного ресурса, создания инвестиционных стимулов”, — пояснил Виктор Галасюк, председатель Комитета ВР по вопросам промышленной политики и предпринимательства. В итоге промышленные гиганты не смогли вовремя диверсифицировать сбыт и вынуждены были останавливаться, сокращая работников.

Наиболее показательный пример — вагоностроение, сектор высшего технологического уклада. В 2011 г. было построено около 52 тыс. грузовых вагонов, 88% из которых экспортировано, что пополнило торговый баланс Украины на $2,7 млрд. В 2016 г. производство сократилось до 2,8 тыс-, вагонов,- экспортные поступления — до $28,5 млн. За это время численность работающих в отрасли уменьшилась вдвое. “Предприятия потеряли сбыт в РФ и не укрепили позиции на внутреннем рынке, хотя, по экспертным оценкам, износ вагонного парка “Укрзалiзниці” составляет почти 90%”, — отметил г-н Галасюк. Кстати, в 2017 г. госкомпания планирует закупить около 9 тыс. вагонов, и это может дать толчок отечественному производителю, если таковой выиграет в тендерах.

Помимо глобальных, форс-мажоры в нашей стране часто создаются руками политиков и чиновников. Примером может служить ситуация с необработанным лесом, экспорт которого с ноября 2015 г. запрещен. Кстати, в 2015 г. экспорт леса- кругляка принес украинской экономике $345 млн валютных поступлений, что составляет 0,9% обшей экспортной выручки. Но власти даже не пытаются создать добавленную стоимость в деревопереработке. А Украина ведь может экспортировать не лес-кругляк по $35 за 1 куб.м, а древесно-стружечные плиты по $150 за 1 куб.м, фанеру по $300 за 1 куб.м или даже мебель по $800 за 1 куб.м. “Экспортируя сырье, Украина не использует возможности формирования добавленной стоимости на своей территории, не создает новые рабочие места в переработке”, — посетовал г-н Ткаченко.

Игорь Гужва, эксперт в сфере международной торговли центра СМD-Ukraine, уверен, что только запретом вывоза леса отечественную деревообработку “не поднять”. Больший эффект для отрасли будет иметь доступ к передовым технологиям и иностранным инвестициям. “Освобождение бизнеса от НДС и взимания импортной пошлины при закупке иностранного деревообрабатывающего оборудования может простимулировать отрасль”, — пояснил г-н Гужва. Он также отметил что данные стимулы позволили бы нарастить выпуск продукции из лесоматериалов в стране на 10%, а экспорт — на 22%.

“Муко”-мольные дела

Эксперты также настаивают на необходимости введения моратория на экспорт зерна, дабы стимулировать его переработку в муку, например, или другие мучные изделия для дальнейшего экспорта. В 2015/16 маркетинговом году экспорт продовольственной пшеницы из Украины превысил 8 млн т (примерно на $1,3 млрд), а экспорт муки составил всего 340 тыс.т (примерно на $73 млн). Оценки аналитиков компании Lauffer Group показывают, что годовой доход Украины от экспорта пшеничной муки (при условии переработки урожая) был бы в среднем на $100 млн большим, чем при экспорте сырья.

При этом аналитики отмечают, что обоснованное и мотивированное введение защитных мер в торговле на временной основе вполне возможно без применения к нашим производителям антидемпинговых санкций.

export

В то же время риски реализации такого сценария достаточно высоки и влекуг за собой потери в краткосрочном периоде. Эксперты предлагают “обеспокоенным” иностранным партнерам возможность поставить в Украину на льготных условиях различное оборудование и инвестиции, необходимые для изготовления широкого ассортимента продукции из зерна, с перспективой дальнейшего их экспорта в страны-инвесторы и на другие рынки. Также целесообразно предоставить перерабатывающим отраслям дополнительные стимулы в виде льготных условий налогообложения, экспортные
кредиты с доступной процентной ставкой, хотя бы на временной основе.

Ряд стран при этом могут угрожать Украине торговыми спорами в ВТО и введением
торговых санкций. И это неудивительно, ведь прекращение поставок Украиной зерна на мировые рынки приведет к повышению цен, панике и остановке перерабатывающих мощностей во многих странах-импортерах.
“Кроме этого большинство отечественных компаний тоже неохотно воспримут инициатив
“перезагрузки”, т.е. перехода от быстрого сбыта зерна к производству готовой продукции и ее экспорту”, — предположил г-н Гужва.

Пищевые продукты — это лишь одно из направлений развития готовой продукции, но не
самое важное. Перспективные сегменты в агропроизводстве — это выпуск биотоплива, биоэтанола и других производных для химической отрасли. Сейчас в стране лишь 6-7% зерновых перерабатывается на биотопливо, тогда как в США — 65%. Кстати США производят более половив биоэтанола в мире, Бразилия — более трети.

По мнению Виталия Скоцика, лидера Аграрной партии, “нужен ориентир на более дорогие сегменты наукоемких товаров, где пищевые будут составлять меньшую долю”. А переработка продуктов агросектора может принести “быстрые” деньги для остальных отраслей. Так, в свое время Япония и Корея воспользовались своей текстильной промышленностью, чтобы построить развитую автомобильную и электронную индустрии.

Очевидно одно: шансы у Украины есть, но дальнейшее развитие и рост перспективных
для страны сегментов невозможны в негативном бизнес-климате. Надо менять его полюс на позитивный. Иначе все естественные конкурентные преимущества Украины нивелируются.

Наталия Шевченко

Источник: Бизнес № 12-13 от 27.03.2017.

Залишилися питання? Дзвоніть нам за телефоном (096) 525-57-21 або відправте своє повідомлення по електронній пошті chernigivderevprom@gmail.com